prosport
№14

Елена Исинбаева: "До Олимпиады я ездила на трамвае"

16/08/2013, автор: Александр Иванский, фото: Иван Пустовалов

PROспорт вспоминает свою поездку в гости к Исинбаевой 9-летней давности. Рассказы о том, как тренер запрещал ей ездить на родительской "девятке", о Путине, который "тоже ничего", и о мечте быть начальницей в деловом костюме - в одном клике от вас.

14–31 декабря 2004. Журнал PROспорт

Принц Монако Альберт, президент России Путин, президент родины ее предков - Дагестана спешили похвалить олимпийскую чемпионку. Потом был отдых. Она немножко потратилась в родном Волгограде: купила себе квартиру и машину. Съездила на 10 дней в Турцию, где баловала себя ничегонеделанием. А потом вернулась к нормальной жизни: тренировка утренняя, тренировка вечерняя. Корреспондент PROспорт Александр Иванский поехал к Исинбаевой в Волгоград.

Евгений Трофимов покручивает в руке секундомер:
– И как же нам тренироваться? Вроде вернулись к обычному графику, но тут Лена простудилась. Сейчас фотосессия... считай как три тренировки!

Мы стоим с тренером Елены Исинбаевой в центре волгоградского легкоатлетического манежа и ждем, когда Лена переоденется для фотосъемки. С нами рядом супруга Трофимова – Тамара Федоровна. Исинбаеву они тренируют дуэтом, но, если вы хотите узнать о Лене что-то ценное, обращаться следует к Тамаре Федоровне. Ее супруг, во-первых, будет говорить только о спорте, во-вторых, будет предельно дипломатичен. Сама Лена будет скромна, и правду о ней сможете узнать разве из каких-то случайных ухмылок да обмолвок. А Тамара Федоровна сначала посмотрит на вас долгим глубоким взглядом, потом возьмет под руку и громким шепотом произнесет:

– Случай с Леной – феномен! Она ведь до 15 лет занималась спортивной гимнастикой. А потом стала слишком высокой и тренеры ее просто выкинули, начали работать с ней формально. Я помню тогда Лену: все тренируются, а она сидит в углу и грустно смотрит себе под ноги. И вот тогда ей кто-то посоветовал идти в прыжки с шестом. Привели ее к нам... это было в ноябре 97-го, а летом 98-го она уже взяла золото на Всемирных юношеских играх!

– Что рассказываешь? – подходит к нам супруг Тамары Федоровны. – Какое мы чудо из Лены сделали? Да она сама... Наверное, нужно сказать, что, как только я ее в 15-летнем возрасте увидел, сразу понял: будет олимпийское золото. Но нет: я просто увидел, что у девочки хорошие физические кондиции, она гибкая. А уже потом я понял главное ее достоинство: она очень обучаема. Лена, в общем, идеальный ученик: прекрасно все понимает, быстро усваивает, во всем слушает тренера. И это касается не только непосредственно спорта, но и всей жизни. Потому что я не тренер. Тренер – это такой человек, который, скажем, может вас обучить какому-нибудь техническому приему, а потом исчезнет из вашей жизни. Я же спортивный педагог, я с Леной на всю жизнь. Я ее привел в спорт, сопровождаю на всех турнирах, помогаю ей в жизни, учу ее, можно сказать, жизни. Мы вместе с ней решим, когда ей уходить из спорта. И даже когда она уйдет из спорта, я все равно буду с ней. Вот это и называется – педагог.

Тем временем Лена выходит из скромной раздевалки и с интересом следит за маленькими девочками, которые учатся прыгать с шестом.

ПЛАНКА

Меня больше всего поражает не шест, вдвое или даже втрое больше роста маленьких атлеток, а планка, которая после каждого неудачного прыжка заставляет девочек корчиться от боли. Исинбаева, наблюдая за этим, почему-то смеется:

– Ха! Планка – это известное дело! Я когда только начинала, так мучилась, что ненавидела ее. Чаще всего она мне нос разбивала. Иногда были травмы и посерьезней. Но от этого никуда не уйти. Причем чем более профессиональный ты спортсмен, тем больше риск – ведь чем выше планка, тем она опасней. Но я стараюсь. Борюсь с ней. За одно двухчасовое занятие я в среднем делаю где-то 15 прыжков. Ну, в двух-трех случаях планка побеждает.

– Правильно! – поддерживает Евгений Васильевич. – В этом вся суть прыжков с шестом: у тебя нет никаких соперников, кроме планки. И так нужно думать всегда. Это ведь я в свое время посоветовал Лене не следить за выступлениями своих соперниц. А она уже потом, так сказать, импровизировала – облекла мою идею в художественную форму. И теперь, когда прыгают соперницы, она накрывает голову полотенцем. Это очень важно. Атлет как лошадь. В том смысле, что он должен быть зашорен. Лена должна видеть только шест, планку и меня. Я ей жестами показываю, что делать.

Евгений Васильевич делает два энергичных движения руками: правой прямо вперед, а левой – выставляет пять пальцев:

– Это значит, что снаряд установлен на 50 сантиметрах. Это исключительно профессиональный жест, вам он ничего не говорит. Но у нас все жесты такие. На каждом соревновании я сижу на трибуне и делаю знаки Лене. Она меня понимает. Нас многие спрашивали: а что за знаки такие, как вы ими подбадриваете Лену? А никак я ее не подбадриваю, я ей только профессиональные советы даю. Подбадривать ее ни к чему. У нее и без меня настрой на любое соревнование прекрасный.

Тренер видит, как Лена разлеглась на матах, и удивляется:

– Почему вы ее фотографируете без шеста? Давайте я вам принесу, у нее потрясающие шесты!

ШЕСТ

Шесты Исинбаевой мы видим чуть позже в маленькой, с нору, тренерской комнате. На двери висит портрет Бубки, на стенах – многочисленные плакаты с легкоатлетических турниров. Исинбаева, когда смотрит на них, сразу веселеет:

– Тут я заняла первое место... А тут меня признали лучшей спортсменкой. А вот в «Вызове России» я не участвовала, но мое лицо все равно висело по всей Москве. Скажите как профессионал, – обраща- ется Лена к фотографу, – как я здесь вышла?

Фотограф ответить не успевает, а Лена особо и не ждет ответа.

– Я очень люблю фотографироваться! Причем мне всегда нравится кого-то играть. Я бы в деловом платье снялась, в каком-нибудь таком серьезном образе. А то все думают, что я такая хохотушка, а мне хочется быть кем-то еще... И очень хочется стать рекламным образом какой-нибудь компании. Мой тренер, правда, говорит, что это вредно для меня, но в этом пункте – единственном, кстати, – я с ним не согласна. Что вредного-то? Один день снимаешься, а потом весь год себя в неожиданных местах видишь. В общем, фото – это кайф! А вот интервью давать не люблю, – заключает Лена и смотрит прямо на меня. – Давай, я отвечу на все твои вопросы.Тем более что я все вопросы знаю. Ты сейчас меня спросишь, дружу ли я с Феофановой, как мне удалось выиграть Олимпиаду, как я отдохнула после Олимпиады и возьму ли я пятиметровую высоту.

Исинбаева победоносно улыбнулась. Я притих.

– Ну, ладно-ладно... Ты что так смутился, начинающий, что ли? Я же не говорю, что мне неприятно отвечать на эти вопросы, просто я все свои ответы знаю наперед. Мне так даже легче, я отвечаю как бы на автомате. Не хочешь, так выключай свой диктанаф, просто так кофе попьем.

В комнатку забегает тренер Исинбаевой и строго говорит мне:

– Если хотите что-то узнать про отношения Лены и Феофановой, спросите меня. Хотите узнать? Отвечаю. Это лед и пламень. Света всегда такая насупленная, молчаливая, а Лена – веселая, бойкая... С чего им дружить? Что у них общего? Тем более они соперницы. Поэтому дружить им противопоказано. Никогда спортсмены-конкуренты не дружили. Это им всегда вредит. Вот я и ответил, а Лену об этом не спрашивайте, пожалуйста.

Лена, как только тренер выходит из комнатки, отвечает сама:

– Пока я выступаю, я с ней точно никогда не буду дружить. Что будет потом, не знаю. Может, мы даже подружками станем?

Лена громко смеется, а в комнатку тем временем снова заходит Трофимов и вносит дельное предложение:

– А вы уже видели Ленины шесты?

Лена тычет пальцем в их сторону. Они занимают полкомнаты – потертые, зашарпанные, разных размеров и веса.

– Но мои отдельно лежат, вон в том мешке. Фирменные, американские, очень хорошие. А мой первый шест – вот он, обычный, черненький...

Лена поглаживает его, как несчастного африканского ребенка, а я ей пока рассказываю:

– Сегодня ехали в такси, так водитель выдал твой главный секрет – про твой джип.

– Водитель рассказал? Блин, откуда они все знают? Я после Олимпийских игр всем в интервью говорила, что хочу купить спортивный «Мерседес», а потом передумала. Но ничего не скроешь от людей. До Олимпиады я так вообще ездила на трамвае: мне Евгений Васильевич запретил на «девятке» родительской кататься, боялся, вдруг в аварию попаду, берег меня до Афин от всего. А сейчас все можно!

В комнате снова оказывается тренер:

– Между прочим, я ее сам и научил машиной управлять!

У Лены звонит мобильный телефон, и она радостно восклицает:

– Я лучшая? Точно? А то я слышала, что вроде там решили Лебедеву наградить. Да? Ну, классно, сейчас тренера порадую.

И поясняет нам:

– Сначала меня признали лучшей легкоатлеткой мира. Потом Европы. А потом лучшей спортсменкой России вроде решили назвать Лебедеву. Странно, да? Но мне на самом деле все равно. Если я лучшая в мире, понятно же, что я лучшая в России. Но вот сейчас позвонили, уточнили: я все-таки лучшая и в России. А Евгений Васильевич – лучший тренер!

- А вот плакат видите, с девушками, – Лена показывает на постер с Феофановой и другими девушками-легкоатлетками, – это наш раздражитель, все мои главные конкурентки... Мы на них долго смотрим, когда к соревнованиям готовимся. А ты диктанаф-то выключил?

МОБИЛЬНЫЙ

Когда мы допиваем кофе, в комнате наступает молчание. Лена теребит свой мобильныйтелефон и вдруг восклицает:

– А хотите посмотреть, какие у меня тут фотки есть? Вот это я снималась для испанского журнала... в таком испанском стиле, с завитыми волосами. Очень нравится мне эта фотография, я ее даже заставкой сделала. Вот я с принцем Альбертом, очень приятный человек он. А вот с Путиным, тоже ничего. Я с ним, конечно, не одна встречалась, нас там много олимпийцев было. Но он со мной лично говорил. Подошел, пожал руку и спрашивает, тяжело ли с шестом прыгать. А потом подошел к тяжелоатлетке и спрашивает, тяжело ли штангу поднимать. Вобщем, такое... неформальное у нас общение было. А потом мы ему от имени всех спортсменов вопрос задали: не участвовал ли он в Олимпиаде. Мы знали, конечно, что не участвовал, так, ради приличия спросили. Он отвечает: нет, я так профессионально спортом не занимался. И так устало-устало на меня посмотрел.

- О! – восторженно воскликнула Лена, увидев новую картинку. – А это Сергей Бубка! Мой кумир! Я когда только начинала заниматься шестом, не верила даже, что когда-то его увижу. А теперь вот он мне на мобильный звонит. Я хотела такой телефон купить, чтобы когда мне, например, Бубка звонит, на экране отображалась его фотография. Мне в салоне связи сказали, что эта функция на моем «Самсунге» есть. Обманщики!

Прошло немного времени, зазвонил телефон Лены - и она неожиданно тихим голосом сказала:

– Да, да, здравствуйте, Сергей. Все нормально, вот меня лучшей спортсменкой России признали. Да, спасибо. Сейчас трубку дам Евгению Васильевичу, а то у него батарейка разрядилась.

И Лена убежала, с Бубкой на связи, искать тренера.

ДЕЛЬФИНЫ

Потом Лена вернулась и продолжила экскурсию по своему телефону.

– Вот моя сестра. Совсем на меня не похожа... Все удивляются, да. А вы знаете, она ведь замуж вышла в эти выходные. Она меня младше на год, и я всегда за ней следила, поскольку считалась в семье более ответственной. Но я и правда очень ответственная, я ее на дискотеки одну не пускала, поздно вечером гулять. Но мужа она все равно нашла. Я была на каком-то соревновании, она звонит, сообщает: без тебя свадьбу играть не будем, ждем. Ну, я приехала, посмотрела на жениха. Одобрила выбор. А вот это дельфин.
Дельфин в телефоне Исинбаевой – последняя фотография. Лена смотрит на нас торжествующе:

– Это мое главное увлечение. А точнее – единственное. А что еще меня может занимать, у меня ведь времени совсем нет. Вот возьмем тренировочный процесс. Он у меня практически всегда: в десять утра тренировка до двенадцати. Потом иду домой, родители отключают телефон, я ем и сплю. Просыпаюсь и к четырем снова иду на тренировку. Тренируюсь до семи, потом возвращаюсь домой. Снова ем и снова сплю. Такая жизнь.

Исинбаева произносит эти слова без всякого намека на грусть. Она говорит буднично:

– Меня это нисколько не огорчает. Я сама сделала свой выбор. Мне тренер ничего не запрещает, после вечерней тренировки я абсолютно свободна. Но я прекрасно понимаю: пойду вечером на дискотеку (как я люблю танцевать!) – утром не встану на тренировку. Не пойду утром на тренировку – не смогу поспать днем. Не посплю днем – быстро устану на вечерней тренировке. И все, конец придет Исинбаевой. Так что в силу обстоятельств увлекаюсь только дельфинами – куда ни приезжаю, везде покупаю такие магнитики с их изображениями, а потом их на холодильник вешаю.

ОЛИМПИАДА

– А вы знаете самое неожиданное мое воспоминание об Олимпиаде? – Лена начинает говорить о главном. – Это было рано утром после победы. Соревнования, если помните, завершились где-то в два ночи, пока то да се... в общем, в деревню я приехала к пяти утра. У меня была эйфория и куча сумок с подарками. Я думала, меня все будут встречать, поздравлять, а все спали. Вся деревня спала! И вот я иду по холодной улице, смотрю на рассвет, слушаю тишину, и у меня начинают болеть руки от сумки. Ну, на следующее утро все, конечно, проснулись и стали меня поздравлять. Но главное впечатление было уже позади.

Лена рассказывает эту историю, хихикая, а после поясняет:

– Я сама не сторонница всех этих братских отношений в Олимпийской деревне. Все рассказывают о том, как мы дружно жили, как мы отмечали каждую победу, но это не совсем так. Каждый жил только своим соревнованием. Я, например, вообще до своих прыжков ни в каких тусовках не участвовала. Да и все так...

Теперь мы говорим о том, кем хочет быть Лена после того, как уйдет из спорта. Лена веселится:

– Начальницей хочу быть. Не важно где, но – начальницей! Я люблю руководить и люблю деловые костюмы. А все начальницы ходят в деловых костюмах. Я даже представляю себе это: строгая прическа, черный костюм, я вызываю в свой кабинет подчиненного и что-нибудь ему приказываю.

– Страшно, конечно, что с ней будет, – громким полушепотом говорит мне после Тамара Федоровна. – Посмотрите за Феофановой. У нас, конечно, не принято о ней говорить, но как жалко девочку. А ведь год назад ее все чиновники чуть не руках носили. А вот вышел год Лены – и о Феофановой все в один момент забыли. А в следующем году такое же может случиться и с Леной...

– Но она готова, я тебе точно говорю, – отвечает ей супруг. – Я всегда ей говорил: победы ничему спортсмена не учат, учат только поражения. И к ним нужно относиться здраво, извлекать из них уроки. Лена очень серьезная девушка, она все в тысячу раз лучше нас понимает, а что смеется много – так просто молодая.

– Ох, тяжело быть спортсменом... – вздыхает Тамара Федоровна.

Подпишись на PROспорт бесплатно:

ВКонтакте
Facebook
Twitter

Александр Иванский: читайте также
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, войтите на сайт:

Опрос дня

Какой рекорд в легкой атлетике побьют раньше?

Усэйн Болт пробежит быстрее 9,58 с и установит новый рекорд на 100-метровке 0%
Александр Меньков прыгнет дальше 8,95 м и перебьет достижение Майка Пауэлла 0%
Богдан Бондаренко перепрыгнет рекордные 2,45 м Хавьера Сотомайора 0%
Давид Рудиша залечит все травмы и улучшит собственный результат (1:40,91) на 800 м 0%
Бриттни Риз обновит рекорд Галины Чистяковой (7,52 м) в прыжках в длину 0%

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы голосовать.

Другие опросы


Авторизуйтесь на сайте с помощью Facebook и получите возможность участвовать в голосованиях, оставлять комментарии и делиться самыми интересными материалами со своими друзьями.